Госдума вводит двойной тариф на воду защита от злоупотреблений или наказание для беззащитных?
Государственная Дума вновь предлагает меры, которые, по замыслу законодателей, должны защитить граждан. На этот раз речь идет о борьбе с предполагаемыми махинациями при оплате коммунальных услуг. Депутаты выступили с инициативой, согласно которой тарифы на холодную воду для жителей, не установивших счетчики, могут вырасти вдвое. Официальная цель — стимулировать учет ресурсов и пресечь ситуации, когда в квартире с одной прописанной «душой» фактически проживает несколько человек. Однако в обществе эта инициатива вызвала волну критики и вопросов о том, кто на самом деле пострадает от новых правил.
Логика законодателей, как следует из их заявлений, строится на борьбе с некой «теневой» реальностью. Они описывают картину, больше подходящую для сюжета детективного сериала: в квартире официально числится один жилец, а на самом деле в ней обитает целая группа людей, активно расходующих воду, но платящих по минимальному нормативу. Для противодействия этому фантомному явлению и предлагается ввести финансовые санкции для всех, кто по каким-либо причинам не обзавелся индивидуальными приборами учета.
«Нам говорят, что новая тарификация «стимулирует» установку счётчиков. Простите, но это называется не стимуляцией, а финансовым принуждением», — отмечает автор публикации в «Царьграде», выражая распространенное мнение.
Главный парадокс ситуации видят в том, что под удар попадают как раз не мифические мошенники, а самые уязвимые и добросовестные категории граждан. Яркий пример — одиноко проживающая пожилая женщина, чье реальное водопотребление зачастую даже ниже установленной нормы. Для нее приобретение и установка счетчика может стать непосильной финансовой и организационной задачей. Тем не менее, именно ее кошелек пострадает от повышения тарифов в первую очередь.
Схожие проблемы ожидают и другие группы. Молодая семья, только что переехавшая в новое жилье и еще не успевшая решить все бюрократические и технические вопросы, также будет вынуждена платить по завышенному нормативу. Отдельная история — жители домов с изношенными коммуникациями, где установка счетчика попросту невозможна без масштабного ремонта всего стояка. Как правило, управляющие компании не торопятся с такими работами, а жильцы остаются заложниками ситуации и новых тарифов.
Таким образом, инициатива, заявленная как точечный удар по злоупотреблениям, на деле приобретает характер всеобщего финансового давления. Вместо адресного поиска и наказания реальных нарушителей предлагается просто повысить плату для целой категории населения, создав для них дополнительные трудности. Критики законопроекта задаются резонным вопросом: почему бремя доказательства добросовестности и необходимость дополнительных трат перекладывается на рядового гражданина, а не на ресурсоснабжающие организации или контролирующие органы?
Эмоциональную точку в этом споре ставит образ, нарисованный публицистом. Одинокая пожилая женщина, ветеран труда, получает квитанцию с неподъемной суммой за воду и в недоумении пытается понять, в какой момент она сама превратилась в объект борьбы для государства. Этот риторический вопрос хорошо иллюстрирует чувства многих людей, оказавшихся в схожей ситуации.
Споры вокруг инициативы Госдумы выходят за рамки простого обсуждения тарифов. Они касаются более глубокой темы — принципов социальной справедливости и эффективности государственного управления. Очевидно, что проблема неучтенного потребления ресурсов существует. Однако столь же очевидно, что предлагаемое решение выглядит грубым и несправедливым, наказывающим невиновных за потенциальные проступки неизвестных третьих лиц. Вопрос о том, найдут ли законодатели более точный и взвешенный подход, остается открытым.